Главная → Информация о депутате

25.08.2011

Уполномочим ли защитить?..



За чаем у Че

Отвечая на занозистые вопросы «видных блоггеров», вице-спикер областного заксобрания Владимир Карпов вспомнил о диалектике, которую в данном случае следовало бы, пожалуй, изучать не по Гегелю, а по Гоголю.

Даже сойдясь в том, что ни к чему нам пускать непривычное словцо шведского происхождения «омбудсмен» в каждодневный обиход, депутаты заксобрания Виктор Козодой и Владимир Карпов, объединившиеся для участия в рабочей группе, в остальном являют собою «единство и борьбу противоположностей». Или, по крайней мере, — не единомыслие на тот счёт, что такое права человека и как за них надо бороться. А уж поучаствовавший во всём этом один из новосибирских «королей перформанса», организатор монстраций, художник Артём Лоскутов — и вовсе совершенно иная вселенная. Как и не впервые проводящий подобного рода дискуссии защитник обманутых дольщиков, на этот раз выступивший модератором Александр Бакаев. В каких-то ракурсах это угловатое круглозастолье выглядело прямо-таки «дежа вю» дискуссий конца восьмидесятых — начала девяностых. Но только в каких-то. В иных и вовсе как-то по-постпанковски. Да и место подобающее — клуб «Гевара» на Серебренниковской.

Пробивающиеся сквозь непрерывно-кафешный музон поставленные голоса депутатов и руководящего работника, изредка прерываемые рэперскими вставками новосибирской художественно-неформальской элиты «новой волны», создали атмосферу. От чисто лингвистических аспектов заявленной темы разговор быстро перескочил на своеобразный «троллинг» онлайн. Депутатов заксобрания и уполномоченную по правам ребёнка при губернаторе НСОНадежду Аникееву атаковали «неудобными» вопросами опечаленный правами человека художник и блоггер в одном лице Константин Ерёменко, публикующиеся в «Живом журнале» (ресурс: livejournal.com) блоггеры Кирилл Логинов, Ростислав Антонов, Дмитрий Марголин. В некоторой мере это был и диалог блоггеров с блоггерами, потому как на страницы livejournal вхож и Виктор Козодой. И на приколы Виктор Иванович отвечает той же монетой, с приговоркой «шучу» — для непонятливых, а то и, оторвавшись от законотворчества, творит в Интер­нете.

Ну а вопрос создания института уполномоченного по правам человека, как и намедни широкопиарная кампания по созданию положительного имиджа столицы Сибири, недаром попал под мрачновато-ироничный прицел оргкомитета ЖГУТа («Жители города устали терпеть»), членом коего по совокупности является Александр Бакаев. Вода в ступе по поводу нужности-ненужности такого института толчётся с тех самых пор, как в «лихих девяностых» такой институт был учрежден на федеральном уровне, а за регионами в соответствии с буквой закона оставалось право выбора. С тех пор ой как много бюллетеней в избирательные урны утекло — и вдруг выясняется, что Новосибирск с его правозащитными традициями самой высшей пробы, с Александром Галичем в кафе «Под интегралом» и вышедшим в своё время на Красную площадь протестовать по поводу введения танков в Прагу Вадимом Делоне, «сосланным» в НГУ, но на том не успокоившимся, — оказался едва ли не впереди России всей по отсутствию столь важного демократического института.

Как сообщил, предваряя круглый стол, Александр Бакаев, «сегодня в Сибири только в Бурятии и Новосибирской области нет такого важного института, куда граждане могут обратиться за поддержкой в ситуациях, когда их права нарушаются». Член оргкомитета ЖГУТа уточнил при этом, что пока омбудсмена нет и в Туве, но там всё-таки уже принят соответствующий законопроект.

Крупными мазками

В каком-то смысле тому и радоваться бы. Чай, не Северный у нас Кавказ, где, как напомнил доктор исторических наук Виктор Козодой, с омбудсменами всё устроено не хуже, чем в колыбели этого изобретения — Швеции. Ну а у нас-то почему нет такой «вакансии», которая, говоря словами стоящего у истоков отечественного правозащитного движения поэта, «опасна, если не пуста»? И чего всё же опасаться? Ведь, как верно заметил модератор, «уполномоченный мог бы решать много вопросов, снимать достаточно серьёзное напряжение». Почему «по-прежнему в области нет омбудсмена, не принят соответствующий закон НСО»? Ведь возможность образования должности омбудсмена была включена в Устав Новосибирской области ещё в 90-х годах прошлого столетия. В соответствии с федеральным законодательством, уполномоченный по правам человека, как, к примеру, и мировые судьи, назначается на должность региональным парламентом. Пожалуйста — находите достойнейшего из достойных — пусть следит за соблюдением законности, чтобы нам «жить не по лжи». Какие же шаги делаются, чтобы учредить этот институт?

козодой.jpgВиктор КОЗОДОЙ:

— По инициативе депутатов принято рас­поряжение председателя областного зак­собрания о создании рабочей группы, название которой звучит примерно так: «По предварительному изучению вопроса введения института уполномоченного по правам человека». Сейчас как раз идёт предварительное изучение вопроса. В эту группу вошло восемь человек: депутаты, представитель губернатора, представители общественности. Мы провели первое рабочее заседание и запланировали ещё несколько мероприятий в этом году. И, в частности, на вторую половину сентября мы запланировали встречи со всеми заинтересованными группами, которые проводили круглые столы, встречи, чтобы они представили свои наработки в Законодательное Собрание. В ноябре мы планируем развивать активную работу. А дальше — как пойдёт. Сроков никто не устанавливает. Юридическая возможность есть, но она не реализована. Не давая никаких оценок, я хочу сказать, что когда-то возобладала такая точка зрения: а зачем нам вообще этот институт? Толку, мол, от него особого нет, особых рычагов влияния нет. В то же время это трата бюджетных денег, которые можно направить на что-то другое. Сами знаете — идёт борьба за сохранение бюджета. Следующий часто высказывающийся аргумент против: зачем нам такой институт — ведь у нас 76 депутатов, а это уже, по сути дела, 76 уполномоченных по правам человека на округах…

карпов.jpgВладимир КАРПОВ:

— Фракция КПРФ поддерживает введение такого института. В то же время понятно, что это в значительной мере калька с того, что имеется в Европе. Не всё, что полезно там, пойдёт впрок здесь, это очевидно по тем разрушительным последствиям, которые возымел некритичный перенос западных экономических моделей на нашу почву в лихие девяностые. И я думаю, что необходимо максимально постараться вложить в этот институт содержание, которое бы отвечало нашим отечественным традициям. На нашу рабочую группу не возлагается задача разработать законопроект. Задача в другом — изучить проблему и очень убедительно для всего депутатского корпуса, который не имеет возможности так погрузиться в эту проблематику, объективно доложить, что это за институт, как он работает, каковы его полномочия? Сейчас у нас, к счастью, есть опыт других субъектов Федерации по разработке подобного законопроекта. Какое содержание необходимо вложить в деятельность института уполномоченного по правам человека? В соседних областях уполномоченные нередко занимаются надзором за содержанием заключённых в местах лишения свободы. А чего мы то хотим? Отслеживать работу СИЗО? Помогать комитетам солдатских матерей? Защищать права детей, как это делает уже обладминистрация, создав соответствующую должностную единицу? Отстаивать права граждан по конкретным обращениям? Вот — самыми крупными мазками…

аникеева.jpgНадежда АНИКЕЕВА:

— У нас не сформировалось никакого института, и я на профессиональной основе начинаю выполнять деятельность этого самого уполномоченного по правам ребёнка. Первое, с чем я столкнулась, это с тем, что мне пришлось выполнять роль громоотвода. Это действительно малозатратный способ снять напряжённость. Система законодательства, начиная с международного права — это Конвенция о правах ребёнка — существует, но, тем не менее, права ребёнка нарушаются, как на бытовом, так и на политическом уровнях. И с тех пор, как эта должность была введена, я не могу сказать, что мы всех успокоили, что теперь всё в порядке, но мы помогли многим детям. У нас масса органов, которые занимаются защитой прав детей, но всё же их права нарушаются. За полгода у меня более 300 обращений людей, прошедших через личный приём и письменные обращения. И порядка 300 случаев было в этом году, с которыми пришлось разбираться по сводкам ГУВД. Речь о криминальных случаях, когда дети совершают суициды, самовольно уходят из учреждений, из дома, после ссор с родителями, когда детей убивают, совершают в отношении них насильственные действия всевозможного характера. Представляете, какая это масса?! И одним словом я не могу сказать о своих полномочиях… Честно говоря, я не сторонник создания института омбудсмена с определёнными полномочиями. Полномочия прописать невозможно будет. Каждый день приходится сталкиваться с какими-то нарушениями прав детей. К примеру, реклама, которая оказывает вредное воздействие на нравственное развитие детей… Сегодня выплывает одна проблема, завтра другая. Вдруг выявляется случай с ребёнком, который три года находился в закрытом помещении и его содержали в рабстве… Вопросов очень много, и спектр широкий. Конвенция о правах человека и Конвенция о правах ребёнка прописывают эти права очень чётко, и законодательство, таким образом, проговаривает эти права, что они должны соблюдаться… Сейчас мы запланировали ряд семинаров по формированию культуры соблюдения прав человека…

Будет ли у хэппенинга хэппи-энд?

Быть может потому блоггеры и мастера хэппенингов берут на себя роль «совести нации» в губернских масштабах, что спектр вопросов, касающихся прав человека, и в самом деле неохватный? Какому бюрократическому аппарату когда-нибудь удастся объять необъятное? И вряд ли какой закон охватит все закоулки тех материй, где уже «кончается искусство, и дышат почва и судьба». Завершится ли эта вполне по-светски мирная художественно-политическая акция созданием отсутствующего у нас института — пока говорить рано. Встреча дала достаточно яркую картину бесконечности мнений по обсуждаемой проблеме.

При всём нежелании оказывать на кого-то давление авторитетом или сыпать соль на раны наших многострадальных чиновников, опасающихся «как бы чего не вышло», Виктор Козодой всё же вполне определённо обозначил свою позицию насчёт того, что «институт уполномоченных по правам человека — это одна из серьёзных структур развитого гражданского общества».

«К большому сожалению — не все ещё чиновники и депутаты обладают таким гражданским зрением и пониманием, что это действительно надо. Бытует мнение, что в области есть губернатор, в городе мэр — пусть они всё решают. И больше вообще никто не нужен — ни депутаты, ни партии. Такая точка зрения тоже существует», — напомнил он. И разве в самом деле не нарушение прав приведённая Владимиром Карповым статистика по задержкам заработной платы по России? Он же говорил и о том, что уполномоченный по правам человека должен обладать активом, уметь взаимодействовать со СМИ, иначе какой смысл в такой работе, если не будет общественного резонанса? Какой это будет институт гражданского общества?

Увы, предметом дискуссии всё еще остаются такие прописные истины, как то, что чиновник не может сам себя контролировать, а народ, права которого попираются на каждом шагу, перестанет слушать «правильные» доводы и уйдёт, если не на площади, так в блоги.

СПРАВКА

Омбудсмен (от швед. ombud­sman, омбудсман, «представитель») — в некоторых государствах должностное лицо, на которое возлагаются функции контроля за соблюдением законных прав и интересов граждан.

Троллинг (от англ. trolling — блеснение, ловля рыбы на блесну) — размещение в Интернете (на форумах, в дискуссионных группах, в ЖЖ и др.) провокационных сообщений с целью вызвать конфликты между участниками, взаимные оскорбления и т. п.

Хэппенинг (англ. happening) — форма современного искусства, представляющая собой действия, события или ситуации, происходящие при участии художника, но не контролируемые им полностью.

Википедия

Ведомости Законодательного Собрания Новосибирской области
№39 (1144) от 19 августа 2011 г.

Возврат к списку